23 октября на PlayStation 4 и Xbox One выйдет Assassin’s Creed: Syndicate - очередная часть ежегодного приключенческого сериала от Ubisoft. Образ ассасина, сложившийся в массовой культуре, совершенно сумасброден и далек от истины. Читайте о том, чем на самом деле занимался таинственный орден, кто в действительности придумал фразу «Ничто не истина. Все дозволено», как в этом замешан Курт Кобейн, и в чем Ubisoft оказались не хуже французских классиков.

Стереотипные представления об ассасинах в целом основаны на реальной истории религиозного ордена исламской секты низаритов. Мы собрали нетривиальные факты о них, после которых весь сеттинг вселенной Assassin’s Creed предстанет перед вами совершенно в ином свете.

Первой жертвой основателя ордена
стал его школьный товарищ

Хасан ибн Саббах, основатель ордена ассасинов по прозвищу «Старец горы», родился в семье умеренных шиитов, однако после учебы в Каире перешел в более радикальное учение низаритов. Показательно, что он был однокашником многих влиятельных и даже великих людей того времени, среди которых были Омар Хайям и Низам аль-Мульк , визирь в империи сельджуков.

Памятник Низаму аль-Мульку в Иране

Именно с Низама аль-Мулька началась история ассасинов как организации убийц. Бывшие школьные товарищи стали политическими соперниками, и в какой-то момент Хасан устранил противника: к нему был послан убийца, переодетый странником-дервишем, и визирь был убит прямо посреди своего роскошного дворца в окружении стражи и множества свидетелей.

Крепость Аламут, главный оплот ассасинов,
была захвачена ими без единой капли крови

Руины крепости Аламут

Когда Хасан ибн Саббах выбирал место для своей базы, он остановился на крепости Аламут близ Каспийского моря. Она действительно была практически неприступной для войск, но осаждать ее и не пришлось. Выдав себя за учителя и странника, будущий пророк подготовил почву для своей грядущей империи: большая часть местных жителей была обращена в его ярых последователей.

Однажды комендант крепости обнаружил, что ни единый человек не повинуется его приказам, и ему пришлось бежать, оставив свою вотчину. Так ассасины неожиданно заявили о своей независимости; после захвата Аламута ими было построено еще более сотни крепостей, а занятые ими территории по праву считались отдельным государством.

Ассасины были террористами, а не скрытными убийцами

Ассасины были не совсем орденом тайных убийц. По современным представлениям их скорее можно назвать террористами, поскольку они предпочитали не столько скрытные операции, сколько громкие (и желательно кровавые) политические убийства, которые совершались при большом скоплении народа. Устранение важного деятеля было не столько самоцелью, сколько методом политического террора. Более того, многие из убийц не сбегали с места события, но оставались и яростно выкрикивали политические и религиозные воззвания к народу, до тех пор, пока не были схвачены или убиты охраной. Примечательно, что своими главными врагами ассасины провозгласили весь класс чиновников и бюрократов.

Фразу «Ничто не истина. Все дозволено»
придумали не ассасины

Существует мнение, что фраза служила ассасинам девизом во время крестовых походов. В действительности цитата принадлежит Берроузу и взята из его «Городов красной ночи ». Более того, Берроуз не только был увлечен ассасинами, но и, насколько можно судить, передал этот интерес Курту Кобейну. Они записали совместный аудиорассказ «Они называли его священником » и планировали создать что-то подобное и об ассасинах. Смерть Кобейна помешала этим планам.

Ассасины и гашиш никак не связаны

Одно из расхожих мнений об ассасинах состоит в том, что они, во-первых, использовали гашиш в своих обрядах и тренировках, а во-вторых заслужили благодаря этому увлечению и свое название. Орден и вправду назывался «хашишины», но это связано либо с именем их лидера, Хасана, либо происходит от их уничижительного прозвища - «травоеды», то есть нищенствующие. Что же касается использования каннабиса в подготовке убийц, то это кажется весьма маловероятным:

«Если бы ассасины принимали гашиш , то их видения и галлюцинации сами по себе делали ненужным создание рукотворного «рая» с гуриями и реками вина. Многомесячное пребывание в чужом обличии требовало от ассасина огромного самообладания и выдержки. Они понимали, что неожиданное преждевременное разоблачение и совершение убийства для них могли закончится только неизбежной и очень мучительной смертью. Такие длительные и высокопрофессиональные действия не могли совершаться ни под действием гашиша, ни по принуждению, ни по приказу».

Отдельно по этой теории прошелся Эдди Иззард, показавший, насколько абсурдными были бы ассасины под гашишом:

Ассасины верили в сверхъестественного мессию,
который жил в их столице

Одной из центральных идей низаритов как секты было существование некоего «скрытого» имама, потомка Мухаммеда, который спасся от врагов и явит себя в качестве мессии. Саббах сумел убедить последователей, что лично высвободил «скрытого имама» из плена еще в младенчестве и даже сам воспитал божественное дитя, поселив в тайных покоях крепости. Низариты верили, что в Аламуте жил и пророк (то есть Саббах), и некий потусторонний посланник Аллаха. Последующие «Старцы горы» провозгласили этим сверхъестественным существом уже себя.

Претенденты отбирались по тому же принципу,
что и монахи в дзен-буддизме

Метод отбора претендентов в младшее звено ассасинов (фидаидов) напоминает способ отбора монахов в дзен-буддистские монастыри. Желающего стать орудием ордена встречали лишь закрытые ворота, он обязан был просидеть у них в ожидании несколько дней до тех пор пока сам глава общины не снизойдет до встречи. Все это время новичок подвергался унижению, угрозам и даже избиению со стороны старших. Выдержавшие это испытание допускались к следующим экзаменам. Идея подобной проверки при вступлении в сообщество была использована в «Бойцовском клубе».

Как минимум один европеец
действительно побывал в крепости Аламут

Низариты демонстрируют презрение к смерти

Этим человеком был Генрих, граф Шампанский. Именно ему мы обязаны рассказами о том, что люди Хасана готовы спрыгнуть с обрыва или зарезать себя ножом по одному лишь его велению. Самоубийство нескольких членов общины было продемонстрировано гостю с поистине театральным пафосом.

Ассасины активно занимались вымогательством

Придворная жизнь сельджуков

Знать турков-сельджуков и арабов была настолько напугана террором ассасинов, что даже в мирное время практически поголовно носила кольчуги. Единственным более-менее серьезным способом обезопасить себя было втайне подкупать «Старца Горы». Фактически, сложилась система, подобная рэкету: дворяне платили огромные деньги незаконной организации за «страховку от несчастного случая». Разумеется, единственной опасностью, от которой защищал страховой договор, были сами низариты.

Ассасины были побеждены монголами-крестоносцами

Сейчас это кажется удивительным, но когда-то степняки стояли на распутье в выборе религии и больше склонялись к христианству несторианского толка. Александр Невский в свое время даже побратался с сыном Батыя , который исповедовал христианство. В какой-то момент кочевники все же выбрали путь исламизации, но именно в период войны с ассасинами они развернули настоящую религиозную войну против мусульман. Этот поход был назван «Желтым крестовым походом » - его целью было освобождение Гроба Господня. Теперь такое трудно представить, но тогда монголы были восприняты как защитники христианской веры и крестоносцы стали их союзниками.

Монголы подошли к походу на Аламут и следующие за ним города Средней Азии с максимальной серьезностью. Были построены горные мосты и переправы, подогнаны осадные машины и даже китайские войска, вооруженные . Таким образом, крепости ассасинов стали одними из первых сооружений, для взятия которых был использован порох.

Последняя крепость ассасинов сопротивлялась осаде 20 лет

Руины крепости ассасинов

Однако значительная часть ассасинов не сдалась даже после приказа их вождя и продолжала сопротивляться монгольскому нашествию. Самый невероятный случай - осада крепости Гирдсхук , которая длилась 20 лет (очевидно, монголам просто не удавалось пресечь тайные пути доставки продовольствия и снаряжения).

Двое из восьмерых повелителей ассасинов
были убиты своими же наследниками

Последним из «Старцев горы» стал Рукн ад-Дин Хуршах, который не только убил своего отца, чтобы занять его место, но и отдал Аламут и большую часть крепостей монголам практически без боя. Сам же Хуршах, сдавшийся на милость победителей, был ими впоследствии убит. Монголы пытались выдать это за несчастный случай, но у них, в отличие от ассасинов, в этом было гораздо меньше сноровки, и убийство получилось очень неаккуратным.

«Хуршах , молодой человек, унаследовавший власть от своего отца. Это был любитель вина и женщин, поощрявший интриги при своем дворе. Он мог бы еще долго сидеть в своем замке, но у него сдали нервы. Узнав, что ему лично обещана жизнь, он явился в 1256 г. в ставку Хулагу. Тот отправил его в Монголию, но Мункэ терпеть не мог изменников и приказал убить Хуршаха в пути».

Династия правителей ассасинов не прервалась
и существует до сих пор

Принц Карим Ага-хан IV на встрече с Владимиром Путиным

Принц Карим Ага-хан - мультимиллионер, духовный лидер низаритов и гражданин Швейцарии. Он получил прекрасное образование в Гарварде, лучше чувствует себя в Европе, нежели Азии и лично встречался с королевой Великобритании и Владимиром Путиным . Карим Ага-хан IV - прямой потомок последнего из «Старцев горы» и формально все еще наследник титула повелителя ассасинов.

Ассасины и тхаги-душители не только имели много общего,
но и знали друг о друге

Когда ассасины спасались от монгольского нашествия, буквально тысячи их сбежали в Индию, а значит, должны были столкнуться с другим подобным орденом - тхагами-душителями . До сих пор неизвестно, каким образом сложились их отношения и контактировали ли они вообще. Тхагов, также как и ассасинов, обвиняли в том, что в своих церемониях они использовали некий наркотик, называвшийся «сахар причастия» (гур). Считалось, что отведав этого «сахара» душители не могли противиться воле старейшин и бездумно шли убивать тех, кого им удалось выследить.

Тхаги - еще один религиозный орден убийц.

«Сахар причастия » тайного общества вполне мог стать прообразом лунного сахара и скумы из The Elder Scrolls, однако у этого наркотика есть еще один аспект, который может пролить свет на природу ассасинов и тхагов. Существует мнение, что дурманящее вещество - это вовсе не некая реальная субстанция, а метафора убийства как такового. Кроме лежащей на поверхности идеи о чисто садистском удовольствии есть и более глубокая концепция.

В жестком кастовом обществе Индии и в Персии, захваченной арабами, а затем тюрками, тайные общества убийц стали едва ли не единственным способом метафорически и метафизически взять этот мир и судьбу за глотку. Понятно, что человек, вошедший в орден убийц, сталкивался с еще более жесткой иерархией, но парадоксальным образом чувствовал себя освобожденным. Вчерашний выходец из крестьян или ремесленников внезапно оказывался в системе, которая занималась уничтожением элиты общества, которое он считал порочным и несправедливым. Причем большее удовлетворение приносило даже не само поведение хищника, а избавление от унизительного статуса прирожденной жертвы. Вот последнее и являлось тем самым дурманящим зельем, которое «Старец горы» подарил своим последователям.

Ассасины - это не только убийцы,
но
и клуб богемных декадентов

В XIX веке в Париже существовал так называемый «Клуб Ассасинов ». Это было литературное объединение дерзких, но популярных поэтов и прозаиков, в которое в том числе входили Бодлер, Дюма-отец, Гюго и Бальзак. Помимо экспериментов с давамеском эти столпы литературы прославились популяризацией образа ассасинов и Хасана ибн Саббаха, загадочного мистика и повелителя Аламута. Многие из клише, оставшихся в массовой-культуре, были созданы именно ими и с них же начинается традиция художественного искажения фактов о низаритах.

В каком-то смысле Ubisoft поддерживают и развивают мифологическую систему, которая будучи основанной на реальной истории, была дополнена вымыслом французских классиков и заядлых любителей гашиша.

Эта секта прославилась коварными убийствами, но ее основателем был человек, бравший крепости, не проливая ни капли крови. Это был тихий, учтивый юноша, внимательный ко всему и охочий до знаний. Он был мил и приветлив, и он сплел цепь зла.

Звали этого юношу Хасан аль-Саббах. Именно он основал тайную секту, чье название и теперь считается синонимом коварного убийства. Речь идет об ассасинах - организации, готовившей убийц. Они расправлялись с любым, кто был противен их вере или ополчался на них. Они объявляли войну любому, мыслившему иначе, запугивали его, угрожали, а то без долгой канители убивали.

Хасан родился около 1050 г. в небольшом персидском городке Кум. Вскоре после его появления на свет родители перебрались в городок Райи, лежавший близ современного Тегерана. Здесь юный Хасан получил образование и уже «с младых лет», писал он в своей автобиографии, дошедшей до нас лишь в отрывках, «воспылал страстью ко всем сферам знаний». Больше всего ему хотелось проповедовать слово Аллаха, во всем «храня верность заветам отцов. Я никогда в жизни не усомнился в учение ислама; я неизменно был убежден в том, что есть всемогущий и вечносущий Бог, Пророк и имам, есть дозволенные вещи и запретные, небо и ад, заповеди и запреты».

Ничто не могло поколебать эту веру вплоть до того дня, когда семнадцатилетний студент познакомился с профессором по имени Амира Зарраб. Тот смутил чуткий ум юноши следующей неприметной, казалось бы, оговоркой, которую раз за разом повторял: «По сему поводу исмаилиты полагают…» Поначалу Хасан не уделял внимание этим словам: «Я считал учение исмаилитов философией». Мало того: «Что они изрекают, противно религии!» Он давал это понять своему учителю, но никак не умел возразить его аргументам. Всячески юноша противился семенам странной веры, высеваемым Заррабом. Однако тот «опровергал мои верования и подтачивал их. Я не признавался ему в этом открыто, но в моем сердце его слова нашли сильный отклик».

Наконец, произошел переворот. Хасан тяжело заболел. Мы не знаем подробно, что же произошло; известно лишь, что по выздоровлении Хасан отправился в обитель исмаилитов в Райи и поведал, что решил перейти в их веру. Так, Хасан сделал первый шаг по стезе, приведшей его и его учеников к преступлениям. Путь к террору был открыт.

Чтобы понять, что произошло, перенесемся на несколько веков назад. Мухаммед умер в 632 г. После этого разгорелся спор о его преемнике. В конце концов, его ученики объединились вокруг «верного из верных», одного из первых мусульман - Абу Бакра. Его провозгласили первым халифом - «заместителем»

Пророка. Именно тогда соратники Мухаммеда начали записывать стихи Корана.

Однако не все были довольны таким выбором. Тайные враги Абу Бакра (632-634) и его преемников Омара (634-644) и Османа (644-656) группировались вокруг Али, двоюродного брата и зятя Мухаммеда. Им казалось, что у него больше прав носить титул халифа. Этих людей стали называть «шиитами» (от арабского слова «шиа» - группа). С самого начала они были в оппозиции к большинству мусульман - те звались суннитами. У сторонников Али была своя правда. Люди, продолжавшие дело Мухаммеда, больше интересовались захватом новых земель и накоплением богатств, чем укреплением веры. Вместо государства мусульман их заботил лишь собственный прок. Святость и справедливость они подменили стяжательством.

В конце концов, мечтания шиитов сбылись. В 656 г. восставший люд убил халифа Османа из мекканского рода Омейядов. Новым правителем мусульман стал Али. Однако пять лет спустя был убит и он. Власть перешла к Муавии (661 -680) из того же рода Омейядов.

Омейяды, как и правители всех времен и народов, укрепляли свою власть. В годы их правления богатые становились богаче, а бедные - все беднее. Вокруг шиитов сплотились все недовольные властью. Халифат стали сотрясать восстания. Еще в 680 г., после смерти Муавии, подняли восстание Хусейн, сын Али, и Фатима - дочь Пророка и вдова Али.

Первоначально «шиа» была чисто политической группировкой. Теперь раскол произошел и в религиозной области. Главной причиной неурядиц и беспорядков, считали шииты, была незаконная власть халифов. Лишь прямые потомки Пророка могли быть стражами истины и закона. Только из их числа мог появиться на свет долгожданный Спаситель, который устроит государство, угодное Богу.

Вожди шиитов - имамы - были Алидами, потомками Али по прямой линии. Значит, все они своими корнями восходили к Пророку. Они не сомневались в том, что долгожданный Спаситель будет шиитским имамом. Отзвуки этой тоски по «праведному миру» мы наблюдали совсем недавно, когда в 1979 г. в шиитском Иране народ встретил ликованием весть о том, что аятолла Хомейни провозгласил страну Исламской республикой. Сколько надежд простые шииты связывали с этим счастливым событием!

Но вернемся в далекое прошлое. В 765 г. шиитское движение ждал раскол.

Когда умер шестой имам, сменивший Али, его преемником был выбран не старший сын Исмаил, а младший сын. Большинство шиитов спокойно приняло этот выбор, но некоторые взбунтовались. Они считали, что традиция прямого наследования была нарушена - и остались верны Исмаилу. Их назвали исмаилитами.

Их проповедь снискала неожиданный успех. К ним влекло самых разных людей - и по разным причинам. Правоведы и богословы были убеждены в правоте притязаний Исмаила и его прямых наследников, оспаривавших звание имама. Простых людей привлекали таинственные, полные мистики речения исмаилитов. Люди ученые не могли пройти мимо изощренных философских толкований веры, предложенных ими. Беднякам же более всего нравилась деятельная любовь к ближним, которую проявляли исмаилиты, Они основали свой халифат, названный в честь Фатимы. Со временем их власть настолько окрепла, что в 969 г. армия Фатимидского халифата - он располагался в Тунисе - вторглась в Египет и, захватив страну, основала город Каир, новую ее столицу. В период расцвета этот халифат охватывал Северную Африку, Египет, Сирию, Сицилию, Йемен и священные города мусульман - Мекку и Медину.

Впрочем, когда Хасан аль-Саббах родился, власть фатимидских халифов уже заметно пошатнулась - она, можно сказать, была в прошлом. Однако исмаилиты верили, что только они - подлинные хранители идей Пророка.

Итак, международная панорама была такова. В Каире правил исмаилитский халиф; в Багдаде - суннитский халиф. Оба они ненавидели друг друга и вели ожесточенную борьбу. В Персии же - то бишь в современном Иране - жили шииты, которые знать ничего не хотели о властителях Каира и Багдада. Кроме того, с востока пришли сельджуки, захватив значительную часть Западной Азии. Сельджуки были суннитами. Их появление нарушило хрупкое равновесие между тремя важнейшими политическими силами ислама. Теперь верх стали брать сунниты.

На средневековом Востоке ассасином мог оказаться самый безобидный по виду человек Хасан не мог не знать, что, становясь сторонников исмаилитов, он выбирает долгую, нещадную борьбу. Враги будут грозить ему отовсюду, со всех сторон.

Хасану было 22 года, когда в Райи приехал глава исмаилитов Персии. Юный ревнитель веры понравился ему и был направлен в Каир, в цитадель власти исмаилитов. Быть может, этот новый сторонник окажется очень полезен братьям по вере.

Однако прошло целых шесть лет, пока Хасан наконец не отбыл в Египет. В эти годы он не терял времени зря; он стал известным проповедником в кругах исмаилитов. Когда в 1078 г. он все же приехал в Каир, его встречали с почтением. Однако увиденное ужаснуло его. Халиф, коего он почитал, оказался марионеткой. Все вопросы - не только политические, но и религиозные - решал везир.

Возможно, Хасан поссорился со всемогущим везиром. Во всяком случае нам известно, что три года спустя Хасан был арестован и выслан в Тунис. Однако судно, на котором его везли, потерпело крушение. Хасан спасся и вернулся на родину. Злоключения расстроили его, но он твердо держался клятвы, данной халифу.

Хасан замыслил сделать Персию оплотом исмаилитской веры. Отсюда ее сторонники поведут сражение с мыслящими иначе - шиитами, суннитами и сельджуками. Надо было лишь выбрать плацдарм для будущих военных успехов - место, откуда можно начать наступление в войне за веру. Хасан выбрал крепость Аламут в горах Эльбурса на южном побережье Каспийского моря.

Правда, крепость была занята совсем другими людьми, и этот факт Хасан расценил как вызов. Вот тут в первый раз проявилась типичная для него стратегия.

Хасан ничего не доверил воле случая. Он направил миссионеров в крепость и окрестные селения. Тамошний люд привык ожидать от власти лишь худшее.

Поэтому проповедь свободы, принесенная сгранными посланниками, нашла скорый отклик. Даже комендант крепости радушно приветил их, но то была видимость - обман. Под каким-то предлогом он отослал из крепости всех людей, верных Хасану, а затем закрыл за ними ворота.

Фанатичный вождь исмаилитов не думал сдаваться. «После долгих переговоров он снова велел их (посланников) впустить, - вспоминал Хасан свою борьбу с комендантом. - Когда он вновь приказал им уйти, они отказались».

Тогда, 4 сентября 1090 г., сам Хасан тайком проник в крепость Через несколько дней комендант понял, что справиться с «непрошеными гостями» он не в силах. Он добровольно оставил свой пост, и Хасан подсластил расставание долговым обязательством на сумму - в пересчете на привычный нам валютный курс - более 3000 долларов.

С этого дня Хасан не сделал ни шагу из крепости. Он провел там 34 года - до самой смерти. Он даже не покидал свой дом. Он был женат, обзавелся детьми, но и теперь по-прежнему вел жизнь отшельника. Даже его злейшие враги среди арабских биографов, непрестанно черня и пороча его, неизменно упоминали, что он «жил, как аскет, и строго соблюдал законы»; тех же, кто нарушал их, карал. Он не делал исключений из этого правила. Так, он велел казнить одного из своих сыновей, застав его за распитием вина. Другого сына Хасан приговорил к смерти, заподозрив в том, что тот был причастен к убийству одного проповедника.

Хасан был строг и справедлив до полного бессердечия. Его сторонники, видя такую неуклонность в поступках, были преданы Хасану всем сердцем. Многие мечтали стать его агентами или проповедниками, и были эти люди ему «глазами и ушами», доносившими все, что творилось за стенами крепости. Он внимательно выслушивал их, молчал, а, простившись с ними, долго сидел в своей комнате, строя страшные планы. Их диктовал холодный ум и оживляло пылкое сердце.

Был он, по отзывам людей, его знавших, «проницательным, искусным, сведущим в геометрии, арифметике, астрономии, магии и других науках».

Одаренный мудростью, он жаждал силы и власти. Власть нужна была ему, чтобы претворять в жизнь слово Аллаха. Сила и власть могли повергнуть к его ногам целую державу Он начал с малого - с покорения крепостей и селений.

Из сих лоскутков он кроил себе покорную страну. Он не торопился. Сперва он убеждал и увещевал тех, кого хотел взять приступом. Однако если они не открывали ему ворот, прибегал к оружию.

Его держава росла. Под его властью находилось уже около 60 000 человек.

Но этого было мало; он все рассылал своих эмиссаров по стране. В одном из городов, в Саве, к югу от современного Тегерана, впервые свершилось убийство. Его никто не замышлял; скорее оно было вызвано отчаянием. Власти Персии не любили исмаилитов; за ними зорко следили; за малейшую провинность жестоко карали. В Саве сторонники Хасана попытались переманить на свою сторону муэдзина. Тот отказался и пригрозил пожаловаться властям Тогда его убили. В ответ был казнен вожак сих скорых на расправу исмаилитов; его тело проволокли по базарной площади в Саве. Так приказал сам Низам аль-Мульк, везир сельджукского султана. Это событие всколыхнуло сторонников Хасана и развязало террор. Убийства врагов планировались и были прекрасно организованы. Первой жертвой стал жестокий везир.

«Убийство сего шайтана возвестит блаженство», - объявил Хасан своим правоверным, поднявшись на крышу дома. Обратившись к внимавшим, он спросил, кто готов освободить мир от «сего шайтана» Тогда «человек по имени Бу Тахир Аррани положил руку на сердце, изъявив готовность», говорится в одной из исмаилитских хроник. Убийство случилось 10 октября 1092 г. Едва Низам аль-Мульк покинул комнату, где принимал гостей, и поднялся в паланкин, чтобы проследовать в гарем, как вдруг ворвался Аррани и, обнажив кинжал, в бешенстве бросился на сановника. Сперва опешив, стражи метнулись к нему и убили на месте, но поздно - везир был мертв.

Весь арабский мир ужаснулся. Особенно негодовали сунниты. В Аламуте же радость обуяла всех горожан. Хасан велел вывесить памятную таблицу и на ней выгравировать имя убитого; рядом же - имя святого творца мести. За годы жизни Хасана на этой «доске почета» появилось еще 49 имен: султаны, князья, цари, губернаторы, священники, градоначальники, ученые, писатели… В глазах Хасана все они заслуживали смерти. Они покинули путь, начертанный Пророком, и перестали следовать Божественному закону. «А кто не судит по тому, что низвел Аллах, то это - неверные», - сказано в Коране (5,48). Они - поклонники идолов, презревшие правду; они - отступники и кознодеи. И должно их убивать, как то повелел Коран: «Избивайте многобожников, где их найдете, захватывайте их, осаждайте, устраивайте засаду против них во всяком скрытном месте!» (9, 5) Хасан чувствовал свою правоту. Он укреплялся в этой мысли тем сильнее, чем ближе подходили войска, посланные, чтобы истребить его и его сторонников. Однако Хасан успел собрать ополчение, и оно отразило все атаки врагов.

Вот уже четыре года Хасан аль-Саббах правил в Аламуте, когда пришло известие о том, что в Каире умер халиф Фатимидов. Наследовать ему готовился старший сын, как вдруг власть захватил младший. Итак, прямое наследование прервалось На взгляд Хасана, это был непростительный грех. Он порывает с Каиром; теперь он остался один, окруженный врагами. Хасан более не видит причин считаться с чьим-либо авторитетом. Лишь один есть ему указ: «Аллах - нет божества, кроме Него, - живой, сущий!» (3, 1). Людей же он привык побеждать.

Он подсылает к своим врагам агентов. Те запугивают жертву, угрожая или мучая ее. Так, поутру человек мог проснуться и заметить кинжал, воткнутый в пол рядом с кроватью. К кинжалу прилагалась записка, гласившая, что в следующий раз его острие врежется в обреченную грудь. После такой недвусмысленной угрозы предполагаемая жертва обычно вела себя «тише воды, ниже травы».

Если противилась, ее ждала смерть.

Покушения были подготовлены до мелочей. Убийцы не любили спешить, готовя все исподволь и постепенно. Они проникали в свиту, что окружала будущую жертву, старались завоевать ее доверие и выжидали месяцами. Самое удивительное, что они нисколько не заботились о том, как выжить после покушения Это тоже превращало их в идеальных убийц.

Ходили слухи, что будущих «рыцарей кинжала» вводили в транс и пичкали наркотиками. Так, Марко Поло, побывавший в Персии в 1273 г., рассказывал позднее, что молодого человека, выбранного в убийцы, одурманивали опиумом и относили в чудесный сад. «Там произрастали лучшие плоды… В родниках текли вода, мед и вино. Прекрасные девы и благородные юноши пели, танцевали и играли на музыкальных инструментах». Все, что могли пожелать будущие убийцы, мигом сбывалось. Через несколько дней им снова давали опиум и уносили из дивного вертограда. Когда же они пробуждались, им говорили, что они побывали в Раю - и могут тотчас вернуться туда, если убьют того или иного врага веры.

Никто не знает, правдива ли эта история. Верно лишь то, что сторонников Хасана называли также «Haschischi» - «вкушающие гашиш». Быть может, наркотик гашиш и впрямь играл определенную роль в ритуалах этих людей, однако имя могло иметь и более прозаическое объяснение: в Сирии всех безумцев и сумасбродов именовали «гашишами». Это прозвище перешло в европейские языки, превратившись здесь в пресловутое «ассасины», коим награждали идеальных убийц. История же, рассказанная Марко Поло, пусть отчасти, но несомненно верна. Еще и сегодня мусульмане-фундаменталисты убивают своих жертв ради того, чтобы побыстрее оказаться в Раю, обещанном тем, кто пал смертью мученика.

Власти реагировали на убийства очень жестко. Их соглядатаи и ищейки бродили по улицам и сторожили у городских ворот, высматривая подозрительных прохожих; их агенты врывались в дома, обыскивали комнаты и допрашивали людей - все было напрасно. Убийства продолжались.

В начале 1124 г. Хасан аль-Саббах тяжело заболел «и в ночь на 23 мая 1124 г., саркастично пишет арабский историк Джувейни, он рухнул в пламя Господне и скрылся в Его аду». На самом деле кончине Хасана более подобает благостное слово «усоп»: он умер спокойно и в твердом убеждении, что вершил правое дело на грешной Земле.

Преемники Хасана продолжили его дело. Им удалось расширить свое влияние на Сирию и Палестину. Тем временем там произошли драматичные перемены. На Ближний Восток вторглись крестоносцы из Европы; они захватили Иерусалим и основали свое королевство. Век спустя курд Саладин сверг власть халифа в Каире и, собрав все силы, ринулся на крестоносцев. В этой борьбе еще раз отличились ассасины.

Их сирийский вождь, Синан ибн Салман, или «Старец горы», слал убийц в оба сражавшихся друг с другом лагеря. Жертвами убийц стали и арабские князья, и Конрад Монферратский, король Иерусалима. По словам историка Б.Куглера, Конрад «вызвал против себя месть фанатической секты, ограбив один ассасинский корабль». От клинка мстителей был обречен пасть даже Саладин: лишь по счастливой случайности он пережил оба покушения. Люди Синана посеяли такой страх в душах противников, что те и другие - арабы и европейцы - покорно платили ему дань.

Впрочем, некоторые враги осмелели до того, что стали смеяться над приказами Синана или по-своему толковать их. Некоторые даже предлагали Синану спокойно слать убийц, ибо это ему не поможет. Среди смельчаков были рыцари - тамплиеры (храмовники) и иоанниты. Для них кинжалы убийц были не так с і рашны еще и потому, что главу их ордена мог немедленно заменить любой из их помощников. На них было «не напастись убийц».

Напряженная борьба кончилась поражением ассасинов. Их силы постепенно таяли. Убийства прекратились. Когда в XIII в. в Персию вторглись монголы, вожди ассасинов покорились им без боя. В 1256 г. последний правитель Аламута, Рукн аль-Дин, сам привел монгольскую армию к своей крепости и покорно наблюдал, как твердыню сравнивают с землей. После этого монголы расправились с самим правителем и его свитой. «Его и его спутников растоптали ногами, а затем их тела рассекли мечом. Так, от него и его племени не осталось более и следа», - сообщает историк Джувейни.

Его слова неточны. После гибели Рукна аль-Дина остался его ребенок. Он и стал наследником - имамом. Современный имам исмаилитов -Ага-хан - прямой потомок этого малыша. Покорные ему ассасины давно уже не напоминают коварных фанатиков и убийц, рыскавших по всему мусульманскому миру тысячу лет назад. Теперь это - мирные люди, и кинжал их - более не судья.

В течение почти 200 лет эта своеобразная тайная организация шиитской секты исмаилитов наводила страх и ужас на просторах мусульманского мира и Европы. Они покоряли и уничтожали города, свергали могущественных правителей и владык. Иранские ассасины были разгромлены монгольским ханом Хулагу в 1256 году.
В Сирии и Ливане в 1272 году их добил египетский султан Бейбарс I, но, тем не менее, они существуют и поныне, а некоторые исследователи считают, что современные иллюминаты - тайное Мировое Правительство - унаследовали их идеологию…

Агрессивная секта низаритской ветви исмаилитов в свое время получила название «ассасины» как европеизированный вариант персидского слова «хашишин» (в пер. с араб. - «употребляющие гашиш» либо «травоеды»), то есть потребитель гашиша. Что характерно - термин «ассасин» не являлся самоназванием членов ордена, которые называли себя фидаями (буквально - «жертвующие собой»). Это прозвище с явно обидным смыслом дали их современники. Но именно название движения как Орден ассасинов закрепилось в современных ему хрониках и трудах средневековых авторов.
В расцвете своего могущества эта военизированная организация держала в страхе и трепете весь цивилизованный мир того времени. Слово «ассасин» вошло во многие западноевропейские языки и стало синонимом «убийцы», «наемного убийцы», «политического убийцы», «безжалостного злодея», «преступника», а зачастую и «террориста». Так, например, во Франции и Германии террористов, киллеров, серийных убийц и поныне называют ассасинами. Частенько употребляют это слово по отношению к подобным «героям» и в США.
Со временем, в зависимости от политической ситуации и расстановки сил значение слов в жизни и деятельности общества претерпевают существенные изменения. Что характерно: восприятие термина «террорист» и даже «террорист-самоубийца» в недавнем советском прошлом явного отрицательного значения не имело. В этих словах как бы присутствовал ореол революционного романтизма и пример для подражания подрастающему поколению. Террористы Желябов, Каляев, Халтурин и др., а также идеологи и исполнители беспощадного «красного» революционного террора 20-х годов XX века официально считались народными героями.
Безусловно, ассасины принципиально отличаются от современных террористов тем, что, потерпев неудачу в открытых военных выступлениях, перешли к индивидуальному террору, направленному в первую очередь против высшего руководства - носителей реальной власти. Действия древних ассасинов зачастую носили интернациональный характер и совершались на международной арене, поэтому термин «ассасин» сейчас имеет общепризнанное международное значение, он не требует перевода для любого европейского языка.

Теолого-исторический экскурс
На раннем этапе распространения ислама, примерно в VIII веке по Р.Х., это религиозное учение разделилось на два направления - суннизм и шиизм. Сунниты постепенно сформировали универсальную систему общественного права - шариат и руководствовались им, а сам халифат-община стал рассматриваться как хранитель коранической традиции и шариата.
Главной же фигурой религиозной власти для шиитов является имам - духовный наследник Магомета. Шииты верят, что Магомет назначил своим преемником имама, который наделен особой духовностью и потому имеет право толковать Коран. Первым имамом они почитают халифа Али ибн Талиба - двоюродного брата и приемного сына, а также зятя Магомета, женившегося на его дочери Фатиме. Шииты верят, что Али унаследовал от Магомета особые духовные качества - вилайя - и через сыновей Фатимы Хасана и Хусейна передал их своему потомству - роду наследных имамов.
Большинство шиитов известны как имамиты - они составляют основное население Ирана и верят, что цикл «вилайя» будет длиться до Страшного Суда и завершится мессианским возвращением к двенадцатому имаму, которого именуют «скрытый имам». Считается, что он не умер, а перешел в состояние «гайба» с третьего века существования ислама. Через посредников-муджтахидов - врачевателей права, из которых главнейшие - иранские аятоллы, «скрытый имам» духовно окормляет шиитскую общину.
Имамат делится на два основных течения, одним из которых являются исмаилиты, приверженцы доктрины имамата, и в свою очередь имеют два главных направления. Первое - низарис, адепты которого считают своими имамами и потомками Магомета старших представителей рода Ага Хана. Второе - мусталис, последователи которого верят в «скрытого имама», не являющегося потомком детей Фатимы - Хасана и Хусейна.

Начало
Исмаилитское учение сформировалось в 1094-1095 гг. как следствие назначения Египетским халифом Мустансиром в качестве своего преемника не старшего сына Абу Мансур Низара, а младшего Абу-ль Касим Ахмада. Опальный Абу Мансур Низар после смерти отца бежал в Александрию, где был схвачен и убит. Его сторонники, возглавляемые проповедником-персом Хасаном ибн Саббахом (по одной из версий, 1051-1124 гг.), уроженцем Хоросана - объявили Абу Мансур Низара истинным халифом, а его гипотетического наследника - «скрытым имамом», при этом началось создание закрытой военно-религиозной организации для охраны организации, имама и его родни.
Примкнув в зрелом возрасте к исмаилитам, ибн Саббах загорелся идеей создания отдельного исмаилитского государства. С 1081 года, находясь в Каире (в то время - столице Фатимидского халифата), он начал активно собирать сторонников, объединяя их под знаменем династии Низаритов. Будучи искусным проповедником и оратором, он быстро сплотил вокруг себя большое число почитателей, учеников и последователей.
О жизни Хасана ибн Саббаха, скрытой от посторонних глаз, известно мало, что в свое время только укрепило ореол таинственности, который еще при жизни окутывал все, что было связано с этим человеком. По некоторым данным известно, что ближайшим другом детства и юности Хасана был поэт и ученый-материалист Омар Хайям. Они вместе учились в медресе Нишапура, которое готовило образованную элиту для государственной машины империи Сельджуков. Атмосфера, в которой он воспитывался и рос, отличалась религиозным вольнодумством и модернизмом.
Одного сочувствия и поддержки широких народных масс для создания государства было явно недостаточно - требовалась сплоченная организация, способная дать решительный отпор врагам. Для этого по всему халифату создавались подпольные группы проповедников, которые, кроме пропаганды нового учения, занимались систематическим сбором различной информации разведывательного характера. Эти разбросанные ячейки в любой момент были готовы по приказу Хасана ибн Саббаха выступить как мобильные боевые группы на защиту своих интересов. Понятно, что при дворе халифа Хасан не прижился, и в 1090 году, в самый разгар репрессий, он бежал из Каира и спустя несколько месяцев объявился со своими сторонниками в горных районах Персии. В это время он находился в зените популярности.
Его выбор пал на неприступную крепость, возведенную на высокой скале Аламут, отроге Эльбурса (по другим источникам - Альбурса), скрытой среди горных хребтов, северо-западнее иранского города Казвин. Скала Аламут в переводе с местного наречия означает «Гнездо орла», на фоне гор и так казалась естественной природной крепостью. Подходы к ней были перерезаны глубокими ущельями и бушующими горными потоками.
Выбор ибн Саббаха во всех отношениях оправдывал себя. Нельзя было представить более выгодного в стратегическом отношении места для создания столицы-символа тайного ордена. Ибн Саббах овладел этой неприступной крепостью практически без боя и основал государство исмаилитов-низаритов, которое начало распространять свое влияние в мусульманском мире, создавая цепь укрепленных горных крепостей в северном Иране и Сирии, проводя политику тайных убийств своих врагов и оппонентов. При этом ибн Саббах стал шейхом Хасаном I ибн Саббахом и в созданной им же иерархической системе власти носил титул «Шейх аль-Джабаль», а среди крестоносцев был хорошо известен как «Горный Старец» или «Старец Горы».
Шейху Хасану I в некоторой степени крупно повезло. Вскоре после захвата крепости Аламут умер сельджукидский султан Малик-шах. После чего долгих двенадцать лет государство сотрясали междоусобные распри за трон. Все это время им было не до сепаратистов, окопавшихся в Аламуте.
Объединив горные районы Персии, Сирии, Ливана и Ирака, Хасан I фактически создал государство, просуществовавшее до 1256 года. Он установил в Аламуте для всех без исключения суровый образ жизни. Первым делом демонстративно во время мусульманского поста Рамадан отменил на территории своего государства все законы шариата. За малейшее отступление грозила смертная казнь. Он наложил строжайший запрет на любое проявление роскоши. Ограничения касались всего: пиров, потешной охоты, внутреннего убранства домов, дорогих нарядов и т.п. Суть сводилась к тому, что в богатстве терялся всякий смысл. Зачем оно нужно, если его нельзя использовать?
На первых этапах существования Аламутского государства Хасану I удалось создать нечто, похожее на средневековую утопию, которой не знал исламский мир и о которой даже не задумывались европейские мыслители того времени. Таким образом, он фактически свел на нет разницу между низшими и высшими слоями общества. По мнению некоторых историков, государство исмаилитов-низаритов сильно напоминало коммуну, с той лишь разницей, что власть в ней принадлежала не общему совету вольных тружеников, а авторитарному духовному лидеру-вождю.

Развитие теории и практики
Создав свое государство, Хасан I отменил все сельджукидские налоги, а вместо них приказал жителям Аламута строить дороги, рыть каналы и возводить неприступные крепости. По всему миру его агенты-проповедники скупали редкие книги и манускрипты, содержавшие различные знания. Он приглашал в свою крепость или похищал лучших специалистов различных областей науки, начиная от инженеров-строителей, заканчивая медиками и алхимиками. Он создал систему фортификации, которая не имела себе равных, а концепция обороны вообще на несколько веков опередила свою эпоху.
Сидя в своей неприступной горной крепости, Хасан I отправлял убийц-смертников по всему государству Сельджукидов. Но к тактике террористов-самоубийц он пришел не сразу. Согласно легенде, она была принята благодаря случаю.
В 1092 году в городе Сава проповедники хашашинов убили муэдзина, опасаясь, что тот выдаст их местным властям. В отместку по приказу Низама аль-Мулька, главного визиря сельджукского султана, предводителя местных исмаилитов схватили и предали мучительной смерти. Эта казнь вызвала взрыв негодования и возмущения в среде хашашинов. Возмущенная толпа жителей Аламута подошла к дому своего духовного наставника и правителя государства. Легенда гласит о том, что Хасан I поднялся на крышу своего дома и громогласно произнес: «Убийство этого шайтана предвосхитит райское блаженство!» Не успел он спуститься в дом, как из толпы выделился молодой человек по имени Бу Тахир Аррани и, опустившись перед ним на колени, изъявил желание привести в исполнение вынесенный смертный приговор, даже если при этом придется заплатить собственной жизнью.
Ранним утром 10 октября 1092 года Аррани умудрился проникнуть на территорию дворца визиря. Спрятавшись, он терпеливо ожидал жертву, прижав к груди огромный нож, смазанный ядом. Ближе к полудню на аллее появился человек, одетый в очень богатые одеяния. Аррани никогда не видел визиря, но, судя по тому, что человека, идущего по аллее, окружало большое количество телохранителей и рабов, убийца решил, что это мог быть только визирь. Улучив удобный момент, Аррани подскочил к визирю и нанес ему по меньшей мере три удара отравленным ножом. Прежде чем убийца был схвачен, визирь уже извивался в предсмертных судорогах. Стража практически растерзала Аррани.
По приказу Хасана I, на воротах крепости Аламут прибили бронзовую табличку, на которой было выгравировано имя Аррани, а напротив него - имя жертвы. С годами эту бронзовую табличку пришлось увеличить в несколько раз, так как список стал составлять уже сотни имен визирей, князей, мулл, султанов, шахов, маркизов, герцогов и королей.
Смерть главного визиря повлекла за собой настолько сильный резонанс во всем исламском мире, что это невольно подтолкнуло Хасана I к очень простому, но, тем не менее, гениальному выводу - можно выстроить весьма эффективную оборонительную доктрину государства, не затрачивая значительных материальных средств на содержание большой регулярной армии. Необходимо было создать свою «спецслужбу», в задачи которой входило бы устрашение и показательное устранение тех, от кого зависело принятие важных политических решений; спецслужбу, которой ни высокие стены дворцов и замков, ни огромная армия, ни преданные телохранители не могли бы ничего противопоставить, чтобы защитить потенциальную жертву.
Благодаря фанатичной преданности своих агентов Хасан I был информирован обо всех планах врагов исмаилитов, правителей Шираза, Бухары, Балха, Исфахана, Каира и Самарканда. Однако организация террора была немыслима без создания продуманной технологии подготовки профессиональных убийц, безразличия к собственной жизни и пренебрежительного отношения к смерти, что делало их практически неуязвимыми. Главной догмой учения стало беспрекословное послушание главе ордена и готовность в любой момент пожертвовать своей жизнью по приказанию Старца Горы. Послушание достигало такой степени, что ученик без всякой практической цели мог броситься со скалы или пронзить себя кинжалом по одному его приказу.
Со временем Хасан I пришел к выводу, что недостаточно обещать людям рай на небесах - его нужно показать наяву! Он, объявив себя полномочным представителем и проводником воли «скрытого имама», разработал целую теорию райского воздаяния за беспрекословное ему послушание. В орден набирались мальчики и юноши от 12 до 20 лет, которым изначально внушалось, что их не просто взяли в крепость Аламут, а они являются избранниками «скрытого имама».
Знаменитый средневековый путешественник Марко Поло в «Книге о разнообразии мира» описывает, что безоглядная решимость в сознании учеников достигалась следующим образом. Юношу, одурманенного вином или гашишем (анашой) до бессознательного состояния, переносили в специально устроенный по восточным канонам прекрасный сад, где били фонтанчики из настоящего молока, меда и вина. Сад находился в окруженной со всех сторон горами охраняемой долине, и туда никто из посторонних не мог проникнуть. В чудесном саду за ним ухаживали и кормили изысканными яствами. Юношей услаждали похотливыми ласками девушки, выдававшие себя за райских девственниц-гурий, нашептывая будущему хашашину-смертнику, что он сможет сюда вернуться, как только выполнит порученное задание и погибнет в бою с неверными. Так продолжалось несколько дней, но достаточно недолго, чтобы юноша не успел пресытиться «чудом». Затем вновь через питье и пищу усыпив юношу, его переносили в замок Горного Старца, где после пробуждения учитель объявлял, что молодой человек, по воле «скрытого имама», побывал в настоящем раю, который описан в Коране. Если он хочет попасть туда же после смерти, то во всем должен слушаться его - Хасана - тогда он станет святым фидаем, принесшим себя в жертву ради Аллаха и обязательно попадет в рай. Молодые люди настолько искренне верили в то, что при жизни побывали в раю, что с первого мига пробуждения реальный мир терял для них какую-либо ценность. Все мечты, надежды, помыслы были подчинены единственному желанию вновь оказаться в «райском саду», среди столь далеких и недоступных сейчас прекрасных дев и угощений…
Стоит заметить, что речь идет о XI веке, нравы которого были настолько суровы, что за прелюбодеяние могли просто-напросто забить камнями. А для многих малоимущих людей, ввиду невозможности заплатить калым за невесту, женщины были просто недосягаемой роскошью. Так как Горный Старец набирал своих адептов среди детей полуголодных бедняков и простолюдинов, такая обработка при постоянной наркотической подпитке давала требуемый положительный результат: юноши превращались в преданных биороботов, подчинявшихся ему беспрекословно.
Кроме «идеологической подготовки», хашашины очень много времени проводили в ежедневных изнурительных тренировках. Лучшие мастера учили их в совершенстве владеть всеми видами оружия: метко стрелять из лука, фехтовать на саблях, метать ножи и сражаться голыми руками. Они должны были превосходно разбираться в различных ядах, их заставляли много часов - и в зной, и в лютую стужу - сидеть на корточках или неподвижно стоять, прижавшись спиной к крепостной стене, чтобы выработать терпение и силу воли. Каждого хашашина-смертника готовили для «работы» в определенном регионе. В программу обучения входило также изучение языка того государства, в котором его предполагали задействовать. Особое внимание уделялось актерскому мастерству - талант перевоплощения у них ценился не меньше, чем боевые навыки. При желании они умели изменяться до неузнаваемости. Выдавая себя за бродячую цирковую труппу, монахов средневекового христианского ордена, лекарей, дервишей, восточных торговцев или местных воинов, хашашины пробирались в самое логово врага, чтобы убить жертву. Как правило, после выполнения приговора, вынесенного Горным Старцем, хашашины даже не пытались скрыться и с готовностью принимали смерть или убивали сами себя. Даже находясь в руках палача и подвергаясь изуверским средневековым пыткам, они пытались сохранять улыбки на своих лицах.
Для усиления веры Горный Старец и дальше подвергал их усиленному психологическому воздействию. Вообще Старец Горы был выдающимся мастером фальсификации. Так, по преданию, в замке, в одной из комнат, находилось помещение, в полу которого был оборудован колодец. Один из юношей становился в него так, что над полом была видна только его голова. На шею ему надевали блюдо, состоящее из двух половинок. В этом случае создавалось впечатление лежащей на блюде отрубленной головы. Для большей достоверности и эффекта в блюдо подливали кровь. В зал приглашали молодых адептов и демонстрировали им «отсеченную голову». Неожиданно из темноты появлялся сам Горный Старец и начинал совершать над «отсеченной головой» магические жесты и произносить на непонятном, потустороннем языке таинственные заклинания. После этого «мертвая голова» открывала глаза и начинала говорить - присутствующие были в шоке. Ибн Саббах и остальные задавали вопросы относительно рая, на которые «отсеченная голова» давала более чем оптимистические ответы. Потом этого юношу убивали, а голову выставляли на обозрение. Убеждение, что лишь смерть на службе Хасану открывает дорогу в рай, ширилось в народе, и недостатка в желающих служить Горному Старцу не было.
Известно, что у Горного Старца было несколько двойников. На глазах у толпы хашашинов двойник, под воздействием наркотического зелья, совершал показательное самосожжение. Таким способом он якобы возносился на небеса. Каково же было удивление и неописуемое восхищение хашашинов, когда на следующий день Горный Старец представал перед ними целым и невредимым.
Предание гласит, что как-то Хасан I, решив подчинить себе один из ближайших к его крепости городов, устроил там настоящее побоище, но получил решительный отпор. Однако испытание человеческого «материала» оказалось успешным - обкуренные юноши шли в бой без малейшего страха и расставались с жизнью без сожаления.
С той поры Горный Старец решительно изменил тактику, он перестал массово использовать своих фидаев в открытых сражениях, а поручал им убирать только ключевых лиц - богатых купцов, высокопоставленных чиновников, царедворцев, угрожал напрямую даже самому Персидскому шаху. В ордене ассасинов молодые люди не находили решения проблем социальной несправедливости, зато Горный Старец гарантировал им вечное блаженство в райских садах взамен отданной реальной жизни. Он постоянно внушал своим адептам, что они могут попасть в райские сады, минуя чистилище, лишь при одном условии: приняв смерть по его непосредственному приказу. Он не переставал повторять изречение в духе пророка Мухаммеда: «Рай покоится в тени сабель». Таким образом, хашашины не только не боялись смерти, но страстно ее желали, ассоциируя ее с долгожданным раем.
Движение получило широкое распространение в Иране и Сирии. Более того, свои акции Хасан распространил и на другие страны Ближнего Востока, Северной Африки, а также Европы, где фидаи стали самыми настоящими охотниками за высшими представителями власти - герцогами и королями. Многие европейские правители платили дань, желая избежать его гнева. Горный Старец рассылал по всему средневековому миру убийц, никогда не покидая, впрочем, как и его последователи, своего горного убежища.
В Европе предводителей хашашинов в суеверном страхе называли «горными шейхами», зачастую даже не подозревая, кто именно сейчас занимает пост Верховного Владыки. Почти сразу после образования ордена, Хасан I смог внушить всем правителям, что от его гнева невозможно укрыться, а осуществление «акта божьего возмездия» - это лишь вопрос времени.
Как-то хашашины долго и безрезультатно охотились за одним из могущественных европейских князей. Охрана была организована настолько тщательно и скрупулезно, что все попытки убийц приблизиться к жертве неизменно терпели неудачу. Пища, которую принимал князь, предварительно опробывалась специальным человеком. День и ночь возле него находились вооруженные телохранители. Даже за большие деньги не удавалось подкупить кого-либо из охраны. Тогда Горный Старец предпринял нечто иное. Зная, что вельможа слыл ярым католиком, он отправил в Европу двух молодых людей, которые по его приказу обратились в христианство, благо, принятая среди шиитов практика «такыйя» позволяла им совершить обряд крещения для достижения священной цели. В глазах всех окружающих они стали «истинными католиками», ревностно соблюдавшими все католические посты. В течение двух лет они каждый день посещали местный католический собор, проводя долгие часы в молитвах, стоя на коленях. Ведя строго канонический образ жизни, молодые люди регулярно отпускали собору щедрые пожертвования. Убедив всех окружающих в своей «истинной христианской добродетели», новообращенные стали чем-то само собой разумеющимся и неотъемлемой частью собора. Охрана перестала обращать на них должное внимание, чем они незамедлительно и воспользовались. Однажды, во время воскресного служения, одному из хашашинов удалось приблизиться к князю и неожиданно нанести ему несколько ударов кинжалом. Охрана молниеносно среагировала, и нанесенные удары пришлись в руку и плечо, не причинив вельможе серьезных ранений. Но второй хашашин, находящийся в противоположном конце зала, воспользовавшись суматохой и вызванной паникой, подбежал к жертве и нанес смертельный удар отравленным кинжалом в самое сердце…

Взаимоотношения хашашинов с крестоносцами и мусульманами
26 ноября 1095 года Римский Папа Урбан II на церковном соборе в Клермоне призвал к крестовому походу для освобождения Иерусалима и Палестины из-под власти мусульман. Войска крестоносцев переправились в Малую Азию и 15 июля 1099 года, после долгой и кровопролитной осады, заняли Иерусалим. Римско-католическая церковь обещала участникам похода отпущение всех грехов. Тем не менее, их армия напоминала скорее бандитов, чем благородных освободителей Гроба Господня. Прохождение крестоносцев сопровождалось невиданным доселе разбоем и разграблениями.
В рядах рыцарей-крестоносцев не было единства, чем и воспользовался Хасан I. Нищие европейские бароны, авантюристы и разбойники разного сорта, привлекаемые несметными сокровищами богатого Востока, создавали временные союзы и коалиции, которые никогда не отличались особой прочностью. Рыцари-крестоносцы, пытаясь разрешить внутриусобные проблемы, довольно часто пользовались услугами хашашинов. Многие предводители крестоносцев нашли смерть от их кинжалов…
Свергнув в Египте династию халифов-фатимидов в 1171 году, мамлюки Салах ад-Дина, более известного в Европе как Саладин, с целью объединения всех усилий против крестоносцев для начала решили восстановить истинную веру и разгромили исмаилитов в Египте. Затем ринулись на крестоносцев - начинается тяжелейший период войн крестоносцев с мусульманским миром.
Иерусалимское королевство подвергалось одной атаке за другой. Вполне естественно, что в такой безвыходной ситуации им не оставалось ничего иного, как заключить союз с хашашинами. По большому счету, хашашинам было все равно с кем воевать и на чьей стороне выступать. Для них врагами были все - и христиане, и мусульмане.
Богатые феодалы крестоносцев щедро оплачивали услуги хашашинов. Многие арабские аристократы и военачальники пали в этот период от кинжалов хашашинов. Даже самому Саладину пришлось пережить несколько неудачных покушений (по некоторым источникам - 8), после которых он лишь по счастливой случайности остался жив - разгрома исмаилитов в Египте ему не простили.
Однако союз крестоносцев и хашашинов долго не просуществовал - крестоносцев подвела жадность. Ограбив исмаилитских купцов, король Иерусалима Конрад Монферратский подписал себе смертный приговор. После этого хашашины стали отправлять убийц в оба лагеря. Доподлинно известно, что за этот период от рук хашашинов погибли: шесть визирей, три халифа, десятки городских правителей и духовных лиц, несколько европейских правителей, такие как Раймонд Первый, Конрад Монферратский, герцог Баварский, а также видный общественный деятель, персидский ученый Абд уль-Махасин, вызвавший гнев Горного Старца своей резкой критикой в адрес хашашинов.
Из древних летописей известно, что в 1212 году Мухаммед Хорезм-шах усомнился в том, что в его окружении имеются исмаилиты. Помощник визиря подал знак, и пятеро слуг тут же вышли вперед, готовые ко всему. Вскоре их казнили, но шах не долго радовался обретенной безопасности - он получил послание от Горного Старца, где ему предлагалось выплатить по 10 тысяч динар за каждого казненного в качестве компенсации, а заодно прислали кинжал. Летописи утверждают, что шах намек понял.
Стоит отметить, что хашашины своим примером вдохновили многие тайные общества Востока и Запада. Европейские ордена подражали хашашинам, перенимая у них методику жесткой дисциплины, принципы повышения в ранге, технику знаков отличия, эмблем и символов. Хасан I прожил в Аламуте свыше тридцати лет, почти не покидая своей комнаты, откуда, тем не менее, эффективно управлял одной из самых сильных и духовно сплоченной организаций в истории человечества. Он умер в 1124 году.

Последователи Горного Старца
К концу XI века хашашины прочно укрепились в северо-западной Сирии; сформировав подобие независимого государства. Неприступной цитаделью им служила расположенная в этом районе горная крепость Масйаф. Глава ордена в Сирии Рашид ад-Дин ас-Синан (ум. в 1192 году), ставший следующим Горным Старцем, проводил политику террора в отношении прибывающих крестоносцев и местных правителей. В 1164 г. очередной преемник Горного Старца - Хасан II объявил себя имамом и провозгласил наступление новой духовной эры «Судного дня» («Дня Воскресения»). Он объявил все предписания шариата необязательными. Но уже его внук - Хасан III вернул обязательность всех установлений шариата, начал реформу вероучения и признал духовное лидерство аббасидского халифа.
Преемники Горного Старца, как и положено достойным ученикам, превзошли учителя, требуя от своих подчиненных абсолютного повиновения. Когда Анри, граф Шампанский, был в крепости Аламут, двое фидаев по сигналу владыки пронзили себе сердца кинжалом. Больше всего графа поразили их спокойные, поистине ангельские лица… Видимо, в то время эта агрессивная секта и получила название орден ассасинов.
Сильные мира сего искали благосклонности Горного Старца и его наследников на посту главы Ордена, которые также носили имя Хасан как титульное. По свидетельствам некоторых хроник, иные владетельные особы «заказывали» ему сопредельных государей или своих соперников на пути к трону. «Заказ» выполнялся неукоснительно, даже если приходилось устраивать целую цепочку специфических действий, его было невозможно отменить заказчику, если он вдруг передумал. Правда, Горный Старец не всегда рассчитывал на одну лишь ловкость своих фидаев. Он активно использовал подкуп, компрометацию и шантаж приближенных к главе государства должностных лиц или его охраны, чтобы поближе подобраться к жертве. Только в одном случае ассасинам не удалось ни одно покушение - личная гвардия знаменитого халифа Салладина оказалась предельно бдительной и неподкупной.

Адаптация к действительности
Орден просуществовал более полутора столетий, пока крепость Аламут не разгромил и стер с лица земли внук Чингисхана Хулагу-хан в 1256 году. Глава ордена Рукн эд-Дин был убит. Все сокровища и архивы достались победителям, которые затеяли настоящую охоту на ассасинов. Мощь организации была подорвана, оставшиеся в живых - неизвестно от кого - получили команду: затаиться и ждать.
Спустя пять лет, в 1272 году правитель Египта Бейбарс I смог остановить и изгнать монголов, а в Сирии и Ливане добил хашашинов. Больше они не восстановили своего могущества. Хашашины, как и прежде, у истоков своего зарождения, были вынуждены рассеяться по горам и уйти в подполье. Мистическая идеология и психологическая технология ордена ассасинов в виде традиционной памяти сохранилась в исламских преданиях, в персидских и европейских хрониках.
Но исмаилитское движение продолжило свое существование. В XVIII веке иранский шах официально признал исмаилизм течением шиизма. Потомки последнего главы государства низаритов Аламута долго жили в Иране, скрывая свой статус, и лишь после этого смогли открыто возглавить низаритов.
В 1841 г. исмаилитский имам Хасан Али-шах, приняв титул Ага-хана, вступил в конфликт с властями Ирана и бежал в Индию, где в Бомбее и возглавил местную исмаилитскую общину. Вслед за ним в Индию переселилось большинство исмаилитов. Британские власти их активно поддерживали. Род имамов стала династией британских офицеров. Они участвовали в нескольких афганских кампаниях.
В конце XIX века общиной стал управлять Ага-хан III Ага Султан Мухаммад Шах, подчинивший себе низаритов Ирана, Сирии и Памира. Ага-хан III поставил своей целью адаптацию идей исмаилизма к современным условиям, в результате чего к середине XX в. низариты превратились в могущественную организацию, имеющую свои общины в 20-и странах мира, а также большие связи в финансовых и политических кругах.
В 1957 году прямой потомок последнего Старца Горы - Садретдин Ага-хан IV Карим-шах стал 49-м имамом исмаилитов. В мире он более известен как борец за экологию, миллиардер-меценат и один из основателей Всемирного фонда защиты дикой природы. В 1967-1977 гг. Ага-хан был Верховным комиссаром ООН по правам беженцев, а после вывода советских войск из Афганистана он координировал оказание гуманитарной и экономической помощи этой стране. В 1991 году Ага-хан выдвигался Британией на пост Генерального секретаря ООН.
В то же время известный французский этнограф Жан Меллиер в конце 70-х годов прошлого века побывал в местах компактного проживания исмаилитов на северо-западе Пакистана. Он пишет: «Я могу засвидетельствовать: асассины существуют, ими управляет все тот же Старец Горы - имам Ага-хан. Где бы они ни жили, все беспрекословно выплачивают ему десятую часть доходов. Но самое интересное - раз в год где-то в горах происходит тайный съезд всех иерархов секты, и они преподносят своему патрону золота, сколько он весит»…

Владимир Головко
г. Киев
e-mail: [email protected]

Ближний Восток, Средняя Азия, как и средневековая Европа, в IX-XI веке переживали острый политический кризис. В этом регионе планеты массовое переселение народов носило гораздо больший размах, чем на Европейском континенте. Политическая карта перекраивалась с калейдоскопической скоростью. Вслед за арабами, сумевшими покорить огромные территории, на эти земли пришли тюркские племена. Одни империи и государства исчезали, на их месте появлялись куда более могущественные государственные образования. Политическая борьба носила явный религиозный подтекст и принимала порой самые неожиданные формы – заговоры и государственные перевороты чередовались бесконечными войнами.

Излюбленным инструментом восточной политики становится политическое убийство. Слово ассасин прочно входит в обиход политической элиты, олицетворяя беспощадного и жесткого наемного убийцу. Ни один правитель Востока, политический деятель не мог гарантировать себе полную безопасность. В любой момент можно было стать жертвой коварного убийцы. Именно на этот исторический период приходится расцвет самого таинственного и закрытого религиозно-государственного образования — ордена Ассасинов.

Орден представлял собой немногочисленное государственное образование, которое стало самой радикальной ветвью ислама и отличалось крайне радикальными взглядами. В течение последующего целого столетия ассасины держали в страхе весь ближний Восток, олицетворяя самые жестокие методы политического давления.

Ассасин – кто это? Краткий экскурс в историю

Выше уже было сказано, что Ближний Восток в X-XI веке представлял собой варящийся общественно-политический котел, в котором соединились острые политические, социально-общественные и религиозные противоречия.

Эпицентром острого общественно-политического кризиса стал Египет, где политическая борьба достигла наивысшей точки кипения. Правящая династия Фатимидов не могла справиться с другими политическими оппонентами. Страна погружалась в гражданское вооруженное противостояние. Не сидели, сложа руки, и агрессивные соседи. Исмаилиты — шиитская ветвь ислама — в таких условиях оказались между молотом и наковальней, рискуя стать жертвой острого социально-общественного и религиозного конфликта. Одну из ветвей исмаилитов – низаритов возглавил Хасан-ибн-Саббах. Именно под его руководством многочисленная группа низаритов вынуждена была покинуть Египет, отправившись искать убежища. Конечным пунктом долгих скитаний стали центральные труднодоступные горные районы Персии, которая в те времена входила в состав государства Сельджуков. Здесь Хасан-ибн-Саббах вместе со своими сподвижниками решил основать новое исмаилитское государство низаритов.

Оплотом и центром новой державы стала крепость Аламут, захваченная исмаилитами в 1090 году. Следом за Аламутом новыми хозяевами быстро покорились другие соседние города и крепости Иранского нагорья. Рождение нового государства совпало по времени с началом крестовых походов, ввергнувших весь Ближний Восток в длительное кровавое противостояние. Используя свое влияние, Хасан-ибн-Саббах сумел привнести в структуру государственного управления новую форму – религиозный орден, в основу которого лег религиозный культ, обряды и традиции назаритов. Возглавил орден Хасан-ибн-Саббах, получивший титул шейха, а символом нового ордена стала крепость Аламут.

Правители соседних княжеств и центральная власть Сельджукского государства пренебрежительно относились к пришельцам и смотрели на них как на мятежников и бунтарей. Сподвижников Хасана-ибн-Саббаха, население нового государства и вообще назаритов, правящая сельджукская и сирийская элита небрежно называла чернью – хашшашинами. Впоследствии с легкой руки крестоносцев в обиход вошло суннитское название ассасин, означавшее уже не классовую принадлежность человека, а его профессиональные качества, социально-общественное положение и религиозно-идеологическое мировоззрение.

Шейх Хасан I благодаря своим личным качествам прекрасно ориентировался в политической обстановке. В результате проводимой им внешней политики государство исмаилитов и орден Ассасинов не только сумели выстоять в противостоянии с центральной властью. Внутренние политические распри, охватившие сельджукское государство после смерти султана Малик-шаха, способствовали возвышению ордена и политическому влиянию ассасинов на политику мироустройства. Орден стал негласным политическим субъектом внешней политики, а самих ассасинов стали считать религиозными фанатиками, которые были способны ради идеологических мотивов, естественно, за материальную и политическую выгоду, идти на самые крайние меры.

Государство низаритов просуществовало полтора века, до 1256 года, сумев за этот период объединить под своим началом обширные территории современного Ливана, Ирака, Сирии и Ирана. Этому способствовали достаточно жесткая система управления, построенная на беспрекословном подчинении законам шариата, коммунальная система социально-общественных отношений. В государстве отсутствовало разделение на классы, а все население было объединено в общины. Верховная власть принадлежала верховному духовному и религиозному наставнику – вождю.

Централизованное государство ассасинов было разгромлено монголами, пришедшими в Иран с востока. Дольше всех под властью ассасинов находились ближневосточные владения, которые были утрачены в 1272 году в результате военного похода египетского султана Бейбарса I. Однако потеря государственности не означала конец существования ордена Ассасинов. С этого времени начинается новый этап жизни этой организации, которая целиком и полностью переключилась на ведение подрывной, диверсионной и шпионской деятельности.

Истоки реальной силы и могущества ассасинов

На пике своего могущества государство и орден представляли собой реальную политическую силу в мусульманском мире. Ассасин — это не просто название радикально настроенных религиозных фанатиков. Только одно упоминание о них наводило ужас на правящую и политическую элиту. Ассасинов не без основания считали мастерами политического террора, профессиональными убийцами и вообще преступной организацией. Влияние ордена не ограничивалось границами мусульманского мира. В полной мере с коварством и с могуществом ордена столкнулись и европейцы.

Такая политика стала результатом продуманного идеологического и политического хода. Хасан I, будучи верховным вождем назаритов, осознавал, что без мощной армии любая оборонная стратегия обречена на провал. Выход из сложившейся ситуации был найден гениальный. В отличие от соседних государств и княжеств, вкладывающих огромные средства и ресурсы на содержание армии, Хасаном была создан орден – секретная и закрытая организация, своеобразный спецназ того времени.

Задача новой спецслужбы заключалась в устранении политических противников и оппонентов, решения которых могли негативно сказаться на существовании государства назаритов. Политический террор был поставлен во главу угла политики ордена Ассасинов. Способы и методы, используемые для достижения результатов, были выбраны самые радикальные – политический шантаж и физическое устранение противника. Основной двигающей силой ордена стала фанатическая преданность членов организации своему духовному и религиозному наставнику. Этому способствовала технология профессиональной подготовки, которая была обязательна для каждого члена ордена.

Основными условиями членства в ордене были следующие аспекты:

  • полное безразличие к собственной жизни, пренебрежение к смерти;
  • воспитание чувства самопожертвования и преданности религиозным идеалам;
  • беспрекословное подчинение воли вождя ордена;
  • высокие моральные и физические качества.

В ордене, как и во всем государстве, пропагандировались райские воздаяния в обмен за беспрекословное послушание воли религиозного вождя. В привычном представлении того времени ассасин — это молодой человек крепкого телосложения, беззаветно преданный идеями шариата и свято верящий в высокое божественное положение своего покровителя. Набирали в орден подростков 12-14 лет, которые проходили жесточайший конкурсный отбор. С первого дня новобранцам внушалось чувство избранности для достижения высоких целей.

Принято считать, что идеологический и религиозный аспекты являются основными аспектами прочной структуры ордена. Однако его реальная сила держалась не только на высоких моральных качествах его членов. Профессиональная подготовка, которой ассасины занимались с утра до вечера, в перерывах на намаз, давала превосходные результаты. Воины средневекового спецназа в совершенстве владели любым оружием и приемами рукопашного боя. Ассасин прекрасно владел приемами верховой езды, мог точно стрелять из лука, отличался выносливостью и хорошей физической силой.

Кроме того, в программу обучения входили практические и теоретические знания в области химии и медицины. Искусство ассасинов в применении ядов достигло совершенства. Существует теория, что Екатерина Медичи, будучи искусным мастером по отравлению ядами, получала уроки этого ремесла именно у ассасинов.

В заключение

Одним словом, подготовка шпионов и профессиональных убийц у шейха Хасана I была поставлена на поток. Результаты столь тщательной и всесторонней подготовки не заставили себя ждать. Дурная слава о могуществе ордена быстро разошлась по миру. Благодаря своим слугам Хасан I, прозванный в исламском мире и далеко за пределами Горным Старцем, сумел не только добиться своих целей, но и поставить политический террор на поток. Государство низаритов сумело просуществовать довольно длительный период, успешно играя на политических противоречиях своих более сильных соседей.

Что касается ордена Ассасинов, то эта организация стала не только инструментом внешней политики низаритов, но и весомым источником дохода. Услугами профессиональных убийц и шпионов не брезговали пользоваться правители и политики разных стран и государств, решая свои политические вопросы в достижении определенных целей.

Средневековая история многих народов изобилует разнообразными тайными обществами и могущественными сектами, о которых к нашему времени сохранились в основном легенды и предания.

Так произошло, в частности, с исламской сектой ассасинов, история которых легла в основу знаменитой компьютерной игры Assassin’s Creed . В игре ассасинам противостоит орден рыцарей-тамплиеров, но в реальной истории пути развития и гибели этих могущественных средневековых организаций практически не пересекались. Итак, кто же такие на самом деле ассасины и тамплиеры?

Ассасины: от царства справедливости к позорной гибели

Название «ассасины» - это искаженное арабское слово «хашшишийя» , которое многие связывают с гашишем, употреблявшимся этими таинственными убийцами. На самом деле в средневековом исламском мире «хашшишийя» было презрительным названием бедняков и буквально значило: «те, кто ест траву» .

Общество ассасинов было образовано в промежутке между 1080 и 1090 годами исламским проповедником Хасаном ибн Саббахом, который принадлежал к шиитской ветви ислама, точнее – к его исмаилитскому учению. Это был хорошо образованный и очень умный человек, который задумал создать царство всеобщей справедливости, основанное на законах Корана.

Установление царства справедливости

В 1090 году Хасану ибн Саббаху и его сторонникам удалось занять мощную крепость, находившуюся в плодородной долине Аламут, и установить в ней свои порядки. Всякая роскошь была объявлена вне закона, все жители должны были трудиться на общее благо.

Согласно преданию, ибн Саббах казнил одного из своих сыновей, когда заподозрил его в желании получить больше благ, чем полагалось обычному жителю долины. В своем государстве Хасан ибн Саббах на самом деле уравнял в правах богатых и бедных.

Секта тайных убийц

Мировоззрение нового правителя Аламута не могло понравиться окрестным владыкам, и Хасана ибн Саббаха всячески старались уничтожить. Вначале он организовал огромное войско для обороны своей долины и замка, но затем пришел к выводу, что страх будет лучшей защитой.


Им была создана система подготовки тайных убийц, которые могли скрываться под любой личиной, но достигали поставленной цели. Ассасины верили, что после смерти попадут прямо в рай, поэтому не боялись гибели. От их рук погибли сотни правителей и военачальников еще при жизни Хасана ибн Саббаха.

В систему подготовки, на ее конечном этапе, входил сеанс опийных грез. Будущего ассасина, одурманенного наркотиком, переносили в роскошные покои, где он проводил несколько часов в окружении изысканных блюд и красивых женщин. Проснувшись, он был уверен, что побывал в раю и больше не боялся погибнуть, веря, что после смерти вернется в этот прекрасный сад.

Тамплиеры вместе с ассасинами

Христианский орден тамплиеров возник в Иерусалиме приблизительно в 1118 году. Он был образован рыцарем Гуго де Пейном и еще шестью бедными дворянами. По приказанию тогдашнего правителя Иерусалима новый орден, названный ими «орденом нищих» , разместился в одной из частей городского храма.

Отсюда и пошло их название – тамплиеры , или храмовники, от слова «temple» , означающего замок или храм. Орден быстро приобрел популярность, а его воины – славу искусных и самоотверженных защитников Гроба Господня.

К концу одиннадцатого века противостояние христиан, захвативших Иерусалим, и исламских правителей окружающих его стран достигло апогея. Терпящие поражения христиане, менее малочисленные, чем их противники, вынуждены были привлекать на свою сторону союзников, причем порой сомнительных.

В их числе были и ассасины, которые с момента основания горной крепости враждовали с исламскими правителями. Смертники из числа ассасинов с удовольствием и за немалую плату убивали противников крестоносцев, воюя, таким образом, бок о бок с христианами.

Конец легенды

Последние страницы истории ассасинов отмечены позором и предательством. Существовавшее около 170 лет государство долины Аламут постепенно растеряло принципы бессребренничества, его правители и знать погрязли в роскоши, а среди простых людей все меньше было желающих стать смертником.


В середине 50-х годов тринадцатого столетия в долину вторглась армия одного из внуков Чингиз-хана, осадив крепость. Последний правитель ассасинов, молодой Рук-ад-дин Хурша, вначале пытался сопротивляться, но затем сдал крепость, выговорив себе и нескольким приближенным жизнь. Остальные защитники крепости были убиты, а сама твердыня ассасинов разрушена.

Через некоторое время монголы убили и Рук-ад-дина, так как сочли, что предатель недостоин жизни. Оставшиеся после разгрома немногочисленные последователи учения вынуждены были скрываться, и с тех пор секта убийц больше не смогла восстановиться.

Могущество и гибель тамплиеров

Одним из основных видов деятельности тамплиеров, наряду с воинской службой, были финансы. Тамплиерам удалось, благодаря железной дисциплине и монашескому уставу ордена, сконцентрировать в своих руках достаточно серьезные богатства. Свои средства храмовники не стеснялись пускать в оборот и давать в долг, получив на это разрешение папы.

Их должниками были представители всех слоев общества, от мелких землевладельцев до правителей областей и государств Европы. Тамплиеры сделали многое для развития европейской финансовой системы, в частности, изобрели чеки. В тринадцатом столетии они стали самой могущественной организацией Европы.


Конец ордену храмовников положил французский король Филипп по прозвищу Красивый. В 1307 году он приказал арестовать всех видных членов ордена. Под пыткой у них были выбиты признания в ереси и разврате, после чего многие храмовники были казнены, а их имущество поступило в государственную казну.